четверг, 25 января 2018 г.

Бушков А. Владимир Путин. Полковник, ставший капитаном

Есть за рубежом такая престижная, неплохо оплачиваемая, но в общем являющая собой чистой воды халяву профессия: «специалист по России». При советской власти эти спецы звались еще «советологами» и «кремленологами». Потом название поменялось, но суть осталась. Главное – комментировать уже происшедшее, сплошь и рядом попадая пальцем в небо. Как-то так получалось без малейших усилий русской разведки, что всякий раз, когда происходило нечто по-настоящему эпохальное, «специалисты по России», пусть и весьма дипломатично, признавали, что для них это явилось полной неожиданностью. И, чуть оправившись от удивления, принимались комментировать – со вкусом, цветисто, многословно… как уже говорилось, сплошь и рядом то делая абсолютно неудачные прогнозы, то откровенно ломая голову: как, собственно, это произошло? И что за персона «вдруг» возникла на шахматной доске, которую вроде бы изучили на ощупь? Всякий раз употреблялись термины «феномен», «загадка», «неожиданность». Еще полсотни лет назад французский писатель-юморист по этой тенденции проехался: «Обозреватели обычно предпочитают объяснять. Предположим, глава советского правительства завтра исчезнет где-то в Монголии. В ту же минуту сотни комментаторов примутся объяснять, почему и как это произошло. Бы­ло бы куда лучше, если бы они предвидели событие заранее».
      Точно так же и обстояло в ту зиму, когда Ельцин назвал своим преемником Владимира Владимировича Путина. Как легко догадаться, понеслось по накатанной: «ведущие специалисты по России» отреагировали так, словно означенный Путин был пять минут назад десантирован с Марса. Словно прежде его не было вообще – ни следа, ни намека! – но вдруг распахнулась волшебная дверь в стене, и оттуда появился абсолютно новый на планете Земля человек.

      С нешуточной душевной болью рвался наружу крик удивления: «Кто вы, мистер Путин? Откуда взялись?» Все гораздо более усугубилось, когда (достаточно быстро) оказалось, что российский народ голосует за Путина, поддерживает его, доверяет не на шутку. Это казалось таким непонятным, таким загадочным…
      С точки зрения зарубежных и отечественных «специалистов», в политике допрежь того имелось немало «настоящих» лидеров. Все они были вальяжны и авантажны, все они умели говорить красиво, много и по любому поводу, все они совершенно точно знали, как обустроить Россию, Солнечную систему и Галактику – дайте только порулить и уберите все до единого камешка с пути… Они были привычны и знакомы, на них сошелся клином белый свет, они и только они казались достойными самого главного штурвала…
      И нате вам – чужак! Персона, в эту красочную колоду, безусловно, не входившая. Это было настолько шокирующим и удивительным, что по обе стороны границы заработала пытливая политологическая мысль – вот только она с завидным постоянством порождала каких-то уродцев, дохловатеньких и неубедительных.
      За рубежом, опомнившись от первого шока, тут же с умным видом принялись толковать, будто ничего удивительного, в общем, и нет. Коли в биографии нового лидера присутствуют три магические буквы «КГБ», на которые было принято обычно сваливать любое неприятное событие: от неурожая морковки в департаменте Гаронна до пойманного на взятке сенатора.
      Вот и теперь ослепительным алмазом блеснула версия: всемогущий, всевидящий и всепроникающий КГБ провел некую коварную и жуткую спецоперацию, «протолкнув» своего человека на самый верх. Козни, как обычно. С доказательствами обстояло как-то уныло, но звучало красиво и нервы щекотало на совесть. Просто удивительно, что на эту тему до сих пор нет голливудского блокбастера: зловещий генерал Пьетр Светланович Чайков-ски (по шесть звезд на погонах и по три на рукаве, ремень с флотской бляхой, шпоры на сапогах) встречается в глухом лесу с полковником Путьиным и на чисто русском языке шепчет:
      – Товарич, Комитет решиль сделать вас пр-резидент!
      А полковник Путьин (буденовка образца 1938-го, патронташ поверх шубы, валенки с красными звездами) отвечает так, как и принято было в Советской армии:
      – Всьегда готов, товарич генераль!
      Какой сюжет пропал…
      Отечественные «аналитики», не особенно и напрягая имевшиеся в наличии полторы извилины, столь же быстро отыскали причину столь феерического взлета никому доселе не известной персоны: ну, конечно же, все дело в исконной рабской психологии россиян, их тяге к «твердой руке», а также неукоснительному подчинению начальству. Собственными глазами читал в вышедшем недавно толстенном сборнике: мол, российскому народу приказали, и он стадом проголосовал за кого велено…
      Начинаю вспоминать оба голосования, в которых мне довелось принимать участие. Год двухтысячный, Ханкала – кругом сплошь военные. Конечно, никто не идет на избирательный участок строем, никто из-за угла не подглядывает в рентгеновский аппарат сквозь шторки кабины для голосования и, главное, ни один генерал не машет кулаком и не рычит, чтобы голосовали «правильно». Год две тысячи четвертый, Петербург – та же история: ни зычных команд, ни субъектов в темных очках, заглядывающих через плечо, ни прочих ужасов. Осталось только сослаться на психотронные генераторы, день и ночь на засекреченных волнах транслировавшие: «Путин, Путин, Путин…» – да вот незадача, генераторы эти присутствуют исключительно в речах субъектов, откровенно недолеченных благодаря наступившей демократии…
      И почему-то никому из этих «политологов» в голову не приходит самая простая версия происходящего: если этот «привычный к приказам» народ так забит и темен, отчего же он, несмотря на все противодействие КПСС и лично Мы Сы Горбачева, в свое время категорически отмел неугодных ему кандидатов и проголосовал за Ельцина? То есть продемонстрировал способность как самостоятельно делать выбор, так и принимать решения? А потом, согласно «аналитикам», эти чувства как-то внезапно утратил…
      Нет, положительно что-то не проходит. И объяснение напрашивается мало того что простейшее, так и безусловно верное: коли уж народ у нас не дурак, быть может, он увидел в словах
      (и, главное, последующих действиях) нового президента нечто такое, что посчитал своим? Отсюда – и поддержка, и уважение.
      И не рассмотреть ли нам события последнего десятилетия именно под этимуглом? Это, конечно, посложнее, чем вопить о психотронных генераторах и всемогуществе КГБ – но мы ведь серьез-ным делом занимаемся.
      В том-то и суть, что Путин ниоткуда не «возникал». Он давноприсутствовал на сцене – и не просто стоял в углу статистом «без речей», а как раз работал всерьез. Другое дело, что масса высоко-умных «аналитиков» не принимала его всерь­ез, сосредоточившись на более зрелищныхфигурах. Но это уж их личные проблемы, и не стоит объяснять свою профессиональную недотепи-стость нашей с вами «глупостью». Если серьезно конфузились «спецы», имевшие, как оказалось, дело не с реальной картиной мира, а с ее отражением в собственном мозгу, то при чем здесь электорат Путина, который как раз знал, чего хотел, и действовал вполне осмысленно?
      Еще никогда, ни в одной стране президенты с неба не падали и не занимали свой высокий пост с бухты-барахты. А потому давайте по порядку. Поскольку история страны началась не с 1999 года (а карьера Путина и его биография – тем более), давайте с самого начала…
      Первое, что должно привлечь наше внимание, – личностьпрезидента. Впервые за всю историю России XX столетия самый высокий пост в стране занял человек, в котором огромное число жителей страны увидело нечто похожеена себя. Путин был свой, потому что очень уж многие детали и подробности его биографии многие могли примерить на себя. Без малейшей натяжки так и обстояло.
      Ну разумеется, немногие из нас были полковниками КГБ – но это-то как раз частность. Чуть ли не во всем остальном Путин чертовски похож на многих из нас. Разница только в том, что далеко не всякий вкалывалтак, чтобы ему предложили стать преемником…
      Год рождения – 1952-й. А это чуть ли не автоматически означает – отец прошел войну. И в самом деле прошел: на фронт ушел добровольцем, попал в истребительный батальон НКВД. Послед-ние четыре буквы могут пугать только возмущенный разум инвалидов перестройки. Истребительные батальоны НКВД – это не лагерная охрана, это фронт. Кто-то занимался охотой на немецких диверсантов. Владимир Спиридонович Путин диверсантом был сам: его отряд в 28 человек рванулв немецком тылу состав с бое-припасами, а потом окрестные эстонцы навели на подрывников немцев, так что из двадцати восьми до своих добрались только четверо. Владимир-старший отсиделся в болоте, под водой, дышал через камышинку – видимо, читал книги про запорожских казаков, давным-давно эту уловку придумавших.
      Потом знаменитый Невский пятачок – место жуткое, где полегло за два года 260 тысяч человек. Путину-старшему повезло и там: тяжелое ранение, инвалидность. Они с женой пережили и блокаду.
      Похожая биография у миллионов наших людей, разница только в географических точках и деталях (мой отец в то время был на фронте, мать – в оккупации).
      Отец, мать и поздний сынишка жили в коммуналке (я – в деревянном бараке). Семь лет, пора в школу… Школа – самая обыкновенная, без тени элитарных приставок «спец». Детство – самое обыкновенное, то бишь дворовое; и был наш президент, называя вещи своими именами, обычнейшим, шпанистым дворовым пацаном.
      Дворы шестидесятых – это, учено выражаясь, настоящая субкультура, которая наше поколение и воспитывала: положа руку на сердце, не могу вспомнить, чтобы в те времена бытовал термин, хоть чем-то напоминавший «родительское воспитание». Наше поколение родители не «воспитывали»: они, конечно же, давали какие-то жизненные ориентиры, установки, но это был именно что минимум. Воспитывал – двор. А он был неплохой жизненной школой: разумеется, с драками, проказами и откровенным хулиганством, но еще и с некоей системой жизненных ценнос­тей, большей частью направленных не на зло, а на формирование характера. Дружба, взаимовыручка, своеобразный кодекс чести, смелость, твердость – все это со двора. Как и умение притиратьсяв коллективе, не дешевить, не «хныкать», если получил в нос. И многое другое, небесполезное во взрослой жизни.
      Здесь есть, увы, своя неприглядная оборотная сторона. Всякая дворовая компания, как сегодня, так и в те «почти былин­ные» времена, – это постоянное балансирование на той грани, откуда в два счета можно сорваться в грязь, откуда возврата уже не бывает. Пресловутая «машина правосудия» – агрегат громоздкий, сплошь и рядом не особенно и рассуждающий: кто бы ни сунул палец в дырку – отрубит. Есть множество людей (в том числе и лично мне знакомых) – состоявшихся, законопослушных, немалого добившихся или просто проживших жизнь так, что их совершенно не в чем упрекнуть. Однако, если бы лет тридцать назад их прихватилов шестеренки означенной машины за незначительные, в общем-то, юношеские шалости, все обернулось бы совершенно иначе.
      Судя по имеющейся информации, и над юным Путиным однажды повисла эта густая тень, и в опасной близости послышалось тяжелое громыхание шестеренок с весьма острыми зубьями. Жильцы дома (знаменитая «общественность») всерьез припугнули, что отправят ухаря в интернат для «трудных» – то еще заведеньице. Надо полагать, основания имелись нешуточные, – а общественность и в самом деле подобного могла добиться легко.
      Тут-то мальчишка и присмирел. К слову, в пионеры его принимали в шестом классе, а не в третьем, как это обычно обстояло, – значит, вспоминая реалии того времени, наколбасил крепенько и всерьез…
      Вот только урок явно пошел впрок. Потому что с определенного момента четко прослеживается начало того пути, который людей неглупых и целеустремленных навсегда уводит из примитивного в чем-то дворового бытия. Началось все со спорта – после неудачных попыток заниматься боксом Путин находит себя в самбо, а потом и в дзюдо. Слово самому президенту: «Дзюдо – это ведь не просто спорт, это философия. Это уважение к старшим, к противнику, там нет слабых. В дзюдо все, начиная от ритуала и заканчивая какими-то мелочами, несет в себе воспитательный момент».
      Можно добавить, что все обстоит еще интереснее. Дзюдо в Российской империи появилось трудами знаменитого миссионера, основателя Православной церкви в Японии архиепископа Николая (Касаткина), впоследствии причисленного Церковью к лику святых. В Японии Николай, прилежно изучавший тамошние реалии, однажды понял, что дзюдо не просто борьба, а именно жизненная философия, инструмент не только физической, но и духовной закалки. И отправил одного из своих семинаристов в лучшую школу дзюдо. Семинарист этот, В. Ошепков (впоследствии не духовное лицо, а советский разведчик), и стал основателем русской системы «единоборства без оружия»…
      Начинается то, что можно считать формированием личности. Не только спорт, но и вгрызаниев немецкий язык. И первые размышления: кем быть? В те романтические времена (романтические, что ни говорите) престижными профессиями считались летчик и разведчик, – между ними парень и выбирал. Победила разведка. Сам Путин в качестве одного из толчковназывает тогдашний «блокбастер» «Щит и меч», – но наверняка повлияли еще и другие «хиты» того же времени: «Адъютант его превосходительства», «Их знали только в лицо», ныне совершенно позабытые, а тогда гремевшие «Встреча со шпионом», «След в океане» («Мерт-вый сезон» появится чуть позже, когда нашим героем все уже решено).
      Девятиклассник заходит в приемную КГБ и напрямую интересуется: как к вам попасть? В приемной его, естественно, тут же расхолаживают, вежливо объясняя, что «инициативников» тут не жалуют, в отличие от ЦРУ, а берут по собственной воле после армии или какого-нибудь стоящего института. Лучше всего – юридического. Так что, юноша, подрастите, но второй раз уже не приходите, приглянетесь – сами найдем…
      (Интересно, позже, когда Путин стал директором ФСБ, тот, кто вел с ним беседу в приемной, сопоставил что-нибудь? Вряд ли. Столько времени прошло, что фамилия наивно-романтического пацана наверняка забылась.)
      Как теперь можно говорить со всей уверенностью, юноша, которому показали дорогу, сделал четкие выводы и решение принял серьезное. После школы он поступает на юридический факультет Ленинградского государственного университета. Звучит это простенько и буднично, а в реальности (даже в те времена, когда далеко не все решал шелест купюр) было предприятием ох каким непростым: сорок человек на место, ни влиятельных знакомых, ни протекции, паренек из коммуналки – прекрасно понятно, уступает «продвинутой» молодежи из семей питерских интеллектуалов в третьем-четвертом-пятом поколении… Но – прорвался, сумел. Поступок…
      Мастер спорта по самбо, по дзюдо, чемпион города. Студент не из «звезд», но наверняка приметный, поскольку пашет всерьез. Стройотряд, спорт, крайне серьезное отношение к учебе – все это уже старательно фиксируют незаметные люди, имевшиеся тогда в каждом вузе (особенно в таком престижном, как ЛГУ). Те, кто присматривает будущие кадры.
      И начинается та полоса в жизни, которую проще и легче всего охарактеризовать булгаковскими строчками: «Никогда не просите ничего у того, кто сильнее вас. Сами придут и сами все дадут». Так и случилось: на последних курсах пригласили и предложили… Наверняка не связывая интересного кандидата с тем парнишкой-инициативником.
      Сердце мне вещует, что наш будущий президент не колебался ни минуты: но, зная нынешнего Путина, есть сильное подозрение, что он, парнишка непростой, вовсе не просветлел лицом и не кинулся на шею кураторус бодрым воплем: «Милый, я этого так ждал!» Скорее уж, сохраняя на лице замкнутость, солидно процедил:
      – Интересное дело, тут надо серьезно подумать…
      А душа-то наверняка пела! Однако философия дзюдо предполагает другое: с непроницаемым лицом, сохраняя невозмутимость, какое-то время держать партнера в недоумении касаемо твоих предполагаемых действий, а потом молниеносно…
      Высшая школа КГБ, конечно. Первое главное управление КГБ – внешняя разведка. Женитьба на красавице стюардессе – и это уж на всю жизнь. Многозначительная деталь: никогда в дальнейшем вокруг Путина не замаячат тени секс-скандалов – в те времена, когда, как водится, политические противники используют все, что возможно, вплоть до перехода улицы на красный свет. Как легко догадаться, частенько подобные скандалы являют собой чистой воды придумку, и словоохотливая девица – откровенная подстава-побрехушка. Однако против Путина в этом плане никогда не использовали фальшака. Значит, было совершенно точно ясно: это– не прокатит. В политике отираются люди исключительно небрезгливые и белых перчаток не носящие
      отроду. Значит, понимали: это не прокатит, нечего и пытаться…
      В личной жизни, получается, безупречен – а это, господа мои, не всякому дано…
      С 1985 по 1990 год – служба в ГДР, сами понимаете, по какой линии. Зная практику спецслужб, каких бы то ни было достоверных деталей не дождаться еще лет пятьдесят (это по самым оптимистическим прогнозам, а на деле секретность сохраняется и лет сто, поскольку сплошь и рядом нынешние операции оказываются хитрой цепочкой связанными с прошлыми, и засвечивать эти корниникак нельзя).
      Сам Путин говорил, что занимался политической разведкой. Но это тот единственный случай, когда верить президенту нельзя: мы ж взрослые люди, кто верит недавнему разведчику, от­крыто что-то рассказывающему о совсем недавних временах? Та самая «падкая на сенсации буржуазная пресса» (но ведь и в самом деле падкая, и отнюдь не пролетарская, а?) давно уже сделала из Путина суперагента, разве что цвет ботинок неизвестен: он будто бы и добывал чертежи европейского истребителя «Еврофайтер», и вербовал западных секретоносителей, так, что прилегающие контрразведки трясло от злости.
Уважаемые читатели, напоминаем:
бумажный вариант книги вы можете взять
в Центральной городской библиотеке по адресу:
г. Каменск-Уральский, пр. Победы, 33! 
Узнать о наличии книги
в Центральной городской библиотеке им. А.С. Пушкина  
вы можете по телефону: 32-23-53
Открыть описание

1 комментарий:

  1. Из аннотации: "Все предыдущие лидеры России двадцатого столетия были вальяжны и авантажны, все они умели говорить красиво, много и по любому поводу, все они совершенно точно знали, как обустроить Россию, Солнечную систему и Галактику - дайте только порулить и уберите все до единого камешка с пути...
    И вот впервые в главном кресле России оказался человек, чью жизнь и судьбу в значительной степени могли примерить на себя практически все жители страны. Разумеется, немногие из нас были полковниками КГБ, но это-то как раз частность. Чуть ли не во всем остальном Путин чертовски похож на каждого из нас. Разница только в том, что далеко не всякий вкалывал так, чтобы ему предложили встать за штурвал великой страны..."

    ОтветитьУдалить

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
Новинки on PhotoPeach

Книга, которая учит любить книги